Экспертиза в последний день налоговой проверки: кассация подтвердила правомерность действий ФНС

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа поставил точку в споре о том, является ли заключение, полученное после завершения выездной проверки, допустимым доказательством. Суд однозначно указал: назначение исследования в финальный день контрольных мероприятий не делает его результаты недействительными.

Суть налогового спора: фиктивный документооборот

В отношении организации-налогоплательщика была проведена выездная налоговая проверка. По мнению проверяющих, компания выстроила схему фиктивного документооборота с двумя взаимозависимыми контрагентами. Налоговый орган пришел к выводу, что реальные поставки товаров осуществлялись третьими лицами, а подконтрольные структуры использовались лишь для оформления документов и искусственного завышения стоимости.

Справку о проведенной выездной проверке инспекторы составили в день её окончания. В этот же день налоговый орган вынес постановление о назначении почерковедческой экспертизы.

Что установило исследование?

Согласно итоговому экспертному заключению, первичные документы, призванные подтвердить реальность сделок, были подписаны со стороны контрагентов неустановленными лицами.
На основании собранных материалов, включая данные экспертизы, налогоплательщику начислили пени, штрафы и доначислили НДС. Попытки оспорить решение в вышестоящих инстанциях ФНС не принесли результата, после чего компания обратилась в арбитражный суд.

Организация настаивала на том, что при назначении почерковедческой экспертизы налоговый орган грубо нарушил её права, а само заключение нельзя использовать как надлежащее доказательство. Претензии бизнеса сводились к нарушению процессуальных сроков, квалификации выбранного эксперта, исследованию копий вместо оригиналов и невозможности личного участия в процедуре. Тем не менее, суды первой и апелляционной инстанций отказали компании, и дело перешло в кассацию.

Позиция кассационного суда: почему экспертиза признана законной

Изучив материалы дела, кассационная инстанция оставила жалобу налогоплательщика без удовлетворения и сформулировала ключевые выводы по процедурным вопросам:

• Процессуальные сроки проведения исследования
  Экспертиза была назначена в день завершения выездной налоговой проверки. Тот факт, что само экспертное заключение было готово и получено инспекцией уже после окончания проверочных мероприятий, сам по себе не препятствует его использованию. Налоговое ведомство действовало в рамках своих полномочий.
• Квалификация эксперта и требования к процедуре
  Материалы дела полностью подтвердили квалификацию привлеченного специалиста и его право на проведение подобных исследований. Эксперт был надлежащим образом предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, что зафиксировано его личной подписью.

Ходатайство об отводе эксперта налогоплательщик заявил слишком поздно — уже после того, как исследование завершилось, а компании вручили акт проверки. При этом реальных доказательств заинтересованности или предвзятости эксперта компания не предоставила.

• Проведение экспертизы по копиям документов
  Сам по себе факт того, что эксперт изучал не оригиналы, а копии документов, не делает результаты исследования недопустимым доказательством. Также правомерным признано отражение в заключении дополнительных значимых обстоятельств, которые специалист выявил непосредственно в процессе работы.
• Право налогоплательщика на личное участие
  Поскольку объектом исследования выступали исключительно подписи в документах, присутствие представителя компании для дачи пояснений эксперту не требовалось. А на этапе назначения экспертизы налогоплательщик не воспользовался правом предложить свои дополнительные вопросы.
• Комплексный подход к оценке доказательств
  Суд подчеркнул: экспертное заключение оценивалось не изолированно, а в совокупности со всей доказательной базой. Простое несогласие налогоплательщика с выводами эксперта не является основанием для их автоматического опровержения. Судебные инстанции приняли во внимание:
• • полную взаимозависимость контрагентов;
  • использование общих кадровых ресурсов и имущества;
  • отсутствие подтверждения реальности поставок по конкретным операциям;
  • особенности формирования налоговых вычетов.

В совокупности эти факторы полностью подтвердили формальный характер спорного документооборота. Суд признал, что законных оснований для исключения почерковедческой экспертизы из состава доказательств не имелось. Кассационная жалоба организации была оставлена без удовлетворения.

Постановление АС Восточно-Сибирского округа от 14.09.2026 № Ф02-1716/2026 по делу № А33-29646/2023

По теме:

К экспертизе претензий не возникло